Дрейфующий корабль [Hyohaku]

Глава 1

Гора Канкю, Эн. Вершина этой горы пронзала море облаков. Фактически это был обособленный остров, расположенный далеко в море, где в предрассветный мгле простирался дворец Ген’эй. Луна по-прежнему светила в небе, а спокойная морская гладь была подобна бескрайнему полотну парчи, переплетённой с рябью серебряными нитями.

Светало. Тем не менее, одну из частей Ген’эй, здания, называвшегося Дзинджу-ден, уже переполняли слугии. В особенности главную спальню, окружённую плотной стеной из придворных женщин и мужчин. Хотя, в сущности, они ничего не делали и лишь внимательно наблюдали по сторонам, ощущая возросшее напряжение. Слуги замерли возле дверей и окон, словно сдерживая их своим дыханием.

В безмолвии, без единого вздоха, время тянулось не спеша. Немного времени спустя засияло утреннее солнце и, словно дождавшись его, громко зазвонил колокол.

Вздрогнув, слуги пришли в движение. Они раскрыли двери и окна и обосновались в месте, заполненном солнечным светом. Придворные дамы, стоявшие в углу спальни, раскрыли балдахины роскошной кровати и устремились к ней.

– Тайхо! Господин, пожалуйста, просыпайтесь!

Когда одна из придворных дам повысила голос, показалось, что кто-то вертится в занавесках, обрамляющих кровать. Как только две придворные дамы одёрнули и раскрыли их, тень проскользнула к матрасу, оказавшись обнаруженной. Тем временем принесли кадку с водой, заменили одежду на вешалке и собрали на столе принадлежности для парадного одеяния. Вокруг кровати не было свободного места, поскольку придворные дамы суетились без конца.

– Пора просыпаться, господин.
– Пожалуйста, вставайте, господин.

Одна из придворных дам стянула одеяло, другая подняла Тайхо, скакавшего по кровати. Третья – сняла с него пижаму, а четвёртая тотчас принесла одежду для утренних приёмов и помогла ему переодеться.

– Хватит! Я встаю. Уже встаю!

Рокута вырвался из рук придворных дам, лихорадочно сбегая в дальний угол кровати и в то же время припадая к своей подушке. Придворные дамы, призывавшие его подняться, стояли плотной стеной, обступив кровать. Более того, казалась, что эта стена может в любой момент на неё обрушиться.

– Тайхо! Господин, пожалуйста, вставайте.
– Переоденьтесь, господин.
– Причешитесь, господин.
– Погодите, я сейчас встану! Просто успокойтесь все. Хорошо?

Премьер-министр Эн бегал из стороны в сторону, прикрываясь подушкой. Хотя возможно, ему самому нужно было успокоиться.

– Ну же, Тайхо, поторапливайтесь!
– Время не ждёт, господин.
– Я встаю. Сейчас встаю.
– Поскорей, господин.

Держа подушку, Рокута закричал:

– И вы все требуете, что я немедленно встал и отправился на совещание! Да иду я уже, иду!






Глава 2

Прохладное утреннее солнце освещало просторный двор дворца. Над головой блистало ясное голубое небо, доносился звук прибоя моря облаков и чуть солёный ветер.

Рокута подошёл к внешнему дворцу, с укором глядя на пейзаж, который становился по-настоящему осенним. Будучи довольно усталым, несмотря на раннее утро, он вошёл во внешний дворец и встретил императора, который так же утомлённо на него посмотрел. Это был правитель Эн, Сёрью.

– Привет…
– Мы опять с тобой столкнулись этим утром.

Сёрью было смертельно скучно, и хотя внешне он был полон достоинства, ни в его голосе, ни в лице не прослеживалось ни малейших признаков величия.

– Сегодня я точно не рассчитывал тебя встречать.

Во время разговора Рокута незаметно отдалился от своих слуг и понизил голос, оказавшись рядом с Сёрью:

– …Эй, ты можешь что-нибудь сделать со всей этой суетой?
– Не смотри на меня, – ответил правитель тихим и глубоко встревоженным голосом.
– Ты ведь величайший человек в этой стране! Так издай какой-нибудь указ.
– Разве ты не знаешь, кто в этой стране величайший человек?
– …Итан, – пробормотал Рокута, после чего владыка и Тайхо вместе вздохнули.
– Это потому, что ты делал всякие глупости.

Правитель Эн, Сёрью, взошёл на трон более ста лет назад. Когда внутренние дела страны встали на верный курс, название эры сменили на Тайгэн, и спустя четыре года Сёрью предложил произвести перестановку в рядах правительственных чиновников.

– Так ты согласен.

Если чиновник долгие годы исполнял одни и те же обязанности, то политическая жизнь становилась предвзятой. Даже если человек не имел подобных намерений, это было неизбежно, поскольку в политической сфере накапливались стереотипы. Предвзятость следует пресекать, а жестокость не допускать, и в то же самое время кругозор чиновника должен расширяться, поэтому Сёрью утверждал, что чиновников нужно регулярно переставлять с продолжением или прекращением их службы. И, разумеется, это имело определённый смысл.

– …Да, ты прав. Но почему Итан стал Тайсай1?
– У нас не было выбора. Он сам сказал, что хочет быть именно им.

Сёрью прочил его на должность Чосая2, главы Рикукан3. Однако сам Итан настоял на том, чтобы его назначили Тайсай, отказавшись от других должностей. Это было скорей угрозой, нежели пожеланием, поскольку в противном случае он заявил, что откажется от Сенсэки4 и уйдёт в отставку.

– Ты тоже сказал разрешить ему поступать по-своему.
– Я никогда не думал, что у него настолько большие планы…

Тайсай, глава Тенкан (министерства небес) управлял всем, что касалось двора. Внутренние дела королевства имели первоочередное значение, поэтому у них не было времени следить за тем, что происходит во дворце. Когда люди и здания при дворе брошены на произвол, становится необходимым поднять их моральный дух. И для начала Итан решил улучшить настрой правителя и Сайхо.

– Почему меня разбудили на рассвете? Почему я с самого утра должен переписывать классическую историю и рассматривать законопроекты, предназначенные для императора?
– Не спрашивай.
– Недавно я проснулся до рассвета. Но покорное ожидание звонка колокола оказалось слишком мучительным.
– Безусловно. Если я встаю раньше времени, слуги снова заставляют меня отправиться в постель.
– Так нельзя. Кажется, у меня начинается сицудо… – вздохнул Рокута, когда они подошли к входу в зал для совещаний.
– Я слышу мрачный разговор ранним утром, – перед огромными дверями их ожидало трое мужчин. Человек, стоявший в центре и был Итан, глава министерства небес: – Насчёт сицудо я вынужден не согласиться.
– Если же это правда, мы должны потребовать от Сёрью изменить своё поведение.

Справа и слева от Итана находились Сейсю, глава Какан (министерства обороны), и Сюко, глава Шункан (министерства церемоний). Тенкан управлял всеми дворцовыми делами, Какан отвечал за индивидуальную защиту и Шункан руководил ритуалами и церемониями. Когда эти трое собирались вместе, Рокута и Сёрью не могли с ними совладать. Поскольку без их участия ничего не обходилось.

Сёрью проворчал:

– Я думаю, что эти трое сговорились.

Рокута еле заметно кивнул:

– Мне казалось странным, что Сейсю хочет стать Дайшиба5

Изначально Сейсю был генералом, руководившим Левым дивизионом Запретной армии. Он не занимался государственной службой и даже думал, что относится к Какан (министерству лета). Итан ранее управлял землёй, людьми и казной как глава Чикан (министерства внутренних дел). Ему нравилась эта сфера деятельности, и он ревностно приносил пользу, но при этом не имел практической выгоды для себя.

– Мы ослабили бдительность, поскольку желание Сюко стать Шункан было как нельзя более подходящим.
– Согласен… Так и есть.

Когда Рокута вздохнул, Сёрью кивнул с укоряющим взглядом:

– …Мы угодили в ловушку этих типов.






Глава 3

– Прекрасно. Их исправление проходит хорошо, – похвастался Итан с сияющей на лице улыбкой.

Ясный лунный свет проливался на сад возле дома Сюко в преддверье сезона дождей. Одна из сторон этого сада была обращена к морю облаков, волны которого вздымались до скалистого пояса, видневшегося по другую сторону от садовых деревьев. Издали доносились звуки ночного бриза и плеска волн, а прозрачный свет луны струился на поверхность керамического стола.

– Поначалу они, так или иначе, ускользали от нас. Но теперь у них отличное посещение уже два месяца.

Поставив три стакана на стол, Сюко криво ухмыльнулся:

– Пусть даже это Сёрью и Тайхо, они ничего не смогут предпринять, поскольку мы внимательно следим за каждым их шагом.
– С раннего утра и до поздней ночи я буду непрестанно их обучать. Поэтому, оказавшись полностью изнурёнными, они, вероятно, захотят лечь спать, а не засиживаться допоздна.
– …Неужели ты так далеко зайдёшь?
– Мне всё равно, что ты скажешь, – радостно ответил Итан.
– Мы занимались внутренними делами страны, поэтому я проглядел некоторые из их своевольностей. Затем они просто отбились от рук и исчезли на два или три месяца. Хорошо, что эти двое оказались недалеко от Эн, но они уехали из страны и скитались то там, то здесь, пока не попали в неприятности в другом королевстве. Так что в этой ситуации они сами виноваты.
– Ты прав, – кивнул Сейсю. – Эти двое исчезли, никого не предупредив. Мы всерьёз были обеспокоены тем, что что-то могло случиться. Но в действительности они добрались до Со и смешались с толпой. В конце концов, они угодили в неприятности, и их схватили. Когда их личности были установлены, мы получили письмо от самого императора Со. И хотя правитель Со любезно предложил сопроводить их до Эн, они решительно отвергли его предложение, ссылаясь на то, что не могут так злоупотреблять его добротой. После этого я выехал из Эн, чтобы встретить их, и моё лицо буквально сгорало от стыда.

– Ну, это же император и кирин. Даже если они переутомятся, то им не грозит болезнь или смерть. Нужно продолжить их воспитание, пока они, в конечном сете, не уяснят своего положения.

Сюко изумился резкому тону Сейсю.

– Ты всё ещё недоволен тем, что случилось в Со?
– Конечно. Поставь себя на моё место. Принцесса осмеяла меня, сказав, как замечательно, что Эн перестал быть воинственным.

Сюко взглянул на луну и подумал о том, что это наверняка было неприятно.

– Что ж, если мы будем к ним строги в течение ста лет, то они не вернутся к прежнему укладу жизни, когда мы закончим обучение.

Сюко взглянул в лицо Сейсю, сказавшему это совершенно спокойно:

– Ты собираешься потратить на это сто лет?
– Наши действия не затронут их сердец, если мы не пойдём на такие меры.
– Но это создаёт неудобства для слуг внутреннего дворца…
– Это не проблема, – рассмеялся Итан. – Они довольны. Поскольку ежедневно получают взятки от каждого министерства.

Сюко и Сейсю тут же переглянулись друг с другом.

– …Взятки? Ты этому поспособствовал?
– Всё потому, что никто не хочет браться за ум. Все министерства полагают, что их отсутствие на совещании было бы позором. Поэтому на небольшой расход денег, думаю, можно закрыть глаза.

Сюко глубоко задумался. Под руководством Чосая все чиновники собирались в Рикукан. В течение шести дней одно из министерств: Тен, Чи, Шун, Ка, Шуу и Тоу поочерёдно присутствовало на совещаниях, а Чосай и Санко6 – в седьмой, что составляло ровно неделю. В день, когда Шункан (министерство весны) проводило совещание, Сюко также не желал, чтобы правитель и Тайхо отсутствовали. Нерешённая проблема не приносила результатов, кроме того, он обладал возможностями и чувством собственного достоинства в отличие от других министерств.

– В самом деле… Давая слугам взятки, чиновники просят, чтобы те будили их и, во что бы то ни стало, приводили во внешний дворец.
– Это проблема, если деньги жалуются только из-за гордыни и становятся причиной их отсутствия на совещаниях других министерств, если же нет, то для слуг это вполне приемлемо. Прежде всего, не будь у них заинтересованности, они бы никогда не беспокоились об этих разгильдяях.
– Я удивлён, что ты ничем не гнушаешься ради достижения цели.
– Это не моя вина, а их. Если бы я не заходил так далеко, они бы не присутствовали даже на утренних совещаниях.
– И всё же… – пробормотал Сюко. – Непохоже, что они смирились с обстоятельствами.
– Это так, – Сейсю поставил бокал на стол. – Зная их, вполне естественно, что они сбегут любой ценой.
– Я строго приказал всем слугам не спускать с них глаз ни на минуту. Я обязал их оставаться за дверями, даже когда им прикажут удалиться из покоев.
– Но они могут сбежать, применив силу. Неважно, что вы приказали слугам, они не могут пойти против императора.
– Я поручил внимательно наблюдать за пятью вратами и не выпускать их.
– А как же королевские врата?
– Разумеется. Число привратников было удвоено. В особенности я приказал стремянным всё время следить за киджу.
– А как же Тама7 и Тора8?! Суугу сами отправятся к ним навстречу, если их позвать, ведь они очень умны.

Сейсю согласился с Сюко.

Чтобы передать двух суугу хозяину, им отдали команду бежать, но один из них жил со времён правителя Кёо. Первый Тама уже погиб. Но когда чиновников убили, то один из них спасся, предоставив второго Тама и Тора правителю, этот поступок был безрассудным и необдуманным.

– Не волнуйтесь. Я знаю это. И я уже перевёз Тама и Тора в конюшню Шиба.
– Но у Тайхо есть сирей, – сказал Сейсю, и Итан на мгновение лишился дара речи.
– Да… С этим мы ничего не можем поделать. Поскольку сирея нельзя ни схватить, ни посадить в клетку.

Сейсю посмотрел на обомлевшего Итана. Если сирей заберёт Тайхо, то надёжная система против побега, которую они разработали, окажется бесполезной.

Кроме того, кирин может трансформироваться.

– Я спрашивал об этом у чиновника из Тоукан9. И знаете, в одном из восстаний рог Тайхо был запечатан каким-то камнем. Мы сможем сделать нечто подобное, если заполучим его.

Сейсю приобрёл недовольный вид:

– Думаешь, Тайхо станет его послушно носить? В твоём замысле огромная прореха.

Итан снова лишился дара речи.

– Ну, – криво улыбнулся Сюко, чтобы успокоить их, – я сказал Тайхо, что это вина императора.
– …Что?
– Я сказал, что все его беспокойства возникают из-за императора. В силу своей натуры, Тайхо бросит правителя, если сбежит с сиреем. Разумеется, его величеству это не понравится, и он прикажет сирею остаться. Ведь приказание императора приоритетней для сирея, если Тайхо не в опасности.
– Хмм…

Итан тяжело вздохнул и обратил свой взгляд к Сейсю. Тот, в свою очередь, посмотрел на ошеломлённого Сюко.

– И всё же, до каких пор будут применяться эти меры? Если они найдут в себе силы, то сделают всё, что захотят.
– Да, это верно…
– В любом случае, мы усердно поработаем с правителем и Тайхо, пока они не решат сбежать.
– Ты… хитёр.

Сюко рассмеялся удивлённому голосу Итана:

– Вовсе нет, солидность и честность – вот мои отличительные качества.

«Только не ври», – подумали про себя Итан и Сейсю в этот момент.






Глава 4

– Я… не выношу такой жизни, – проворчал Рокута, и Сёрью молча кивнул.

Просторные личные покои Сёрью опустели, поскольку он приказал покинуть их на некоторое время, ведь слуги и служанки всё время толпились вокруг них. Они считали возмутительным, что большинство из них остались за дверьми и окнами, даже получив приказ уйти, и не давали им расслабиться.

– Эта всё твоя вина. Все эти неприятности из-за твоих разъездов.
– Что касается разъездов, то ты ничем не лучше.

Характер поездок всё же отличался. Рокута хотел ему возразить, но такие споры возникали неоднократно, так что начинать все по новой было слишком утомительно. После обеда он был уже сонным, поскольку его разбудили рано утром, обязали заниматься государственными делами, приобщаться к культуре и прочему, не растрачивая ни минуты.

Рокута припал к столу:

– Мне нужна твоя помощь!
– …Думаю, я смогу что-нибудь сделать.

Рокута подскочил, заслышав тихий голос правителя:

– …Сёрью!

Его голос оказался выше, чем он ожидал и Сёрью успокоил его жестом руки.

– Если найдёшь в себе силы заключить мирный договор.
– Мирный договор?
– Глядя на действия этих парней, очевидно, они не хотят, чтобы мы сговорились, и рассчитывают на то, что мы повздорим.
– Неудивительно. Мне нелегко приходится из-за твоих выходок.
– Я же говорю, такова их стратегия. Ну что ж. В любом случае, если мы объединимся, то я смогу кое-что сделать.
– …Кто-то из нас будет приманкой?
– Мы одурачим слуг, становясь приманкой друг для друга. Пока я отвлекаю их, ты думаешь о том, что может помочь мне сбежать. А после перерыва мы поменяемся местами.
– Хмм, – пробормотал Рокута. Он подумал, что его сотрудничество с Сёрью может быть эффективным, если эти трое ничего не предпримут, чтобы им помешать.

Однако если Сёрью подведёт, и его станут удерживать взаперти, то это будет неблагодарный труд.

– Если один из нас не сможет убежать, то с ним обойдутся очень строго.
– Значит, мы договорились.
– Сомневаюсь, что ты это сделаешь.
– О чём ты говоришь? У тебя измождённый вид, так что я тебе помогу.

Рокута указал на него пальцем:

– Я тебе не доверяю.
– Ты сомневаешься в доброте своего правителя?
– Чем доверять твоей доброте, я лучше подожду, пока Сюко и остальные скажут мне идти развлекаться и действительно отпустят. Прежде всего, – Рокута посмотрел в лицо Сёрью. – Почему ты не освободишь меня, если у тебя доброе сердце? Тебе не нужно становиться приманкой, если ты отменишь предписания для сирея. Ведь я тут же смогу уйти, не так ли?

Сёрью нахмурился так, словно его задели за живое:

– …Я собираюсь посетить одно место.
– О, правда?
– Я обещал вернуться в это же время. Пожалуйста, Рокута.

«Дело в женщине?» – подумал он про себя, но «пожалуйста» подняло ему настроение.

– Что я делаю? Если нам удастся сбежать, то когда мы вернёмся, нас ожидают непростые времена.
– Когда эти времена настанут, я издам для тебя какой-нибудь указ.
– Тогда почему ты не сделаешь этого сейчас?

Сёрью приподнял брови, словно услышав что-то очень неожиданное:

– Они думают, что заточили нас здесь. Разве мы не должны их перехитрить?

Рокута хлопнул в ладоши спустя мгновение:

– Да, верно.
– Использовать императорские указы и сирея – это верх безумия, мы сбежим в открытом противостоянии.
– Справедливо ли их дурачить?
– Ты против?

Тайхо удовлетворённо рассмеялся:

– Конечно за.

Затем Рокута схватил чайные принадлежности и направился в сторону придворных слуг, рассмеявшись при виде Сёрью, который сделался подозрительным.

– Чтобы их отвлечь, разве нам не нужно разыграть представление?






Глава 5

Равнина, пролегавшая внизу, ослепительно блистала золотыми красками.

– …Потрясающе.

На пятый день после их разговора, Рокута ловко сбежал с горы Канкю в результате великолепной игры в догонялки на заднем дворе Ген’эй.

Это было местью, поскольку в этот день проходило совещание министерства Тенкан. Пролетев целую ночь, он оставил поводья Тора своему сирею. Ген’эй уже находился по другую сторону света, в то время как Итан, очевидно, был невероятно зол. При виде такого зрелища он подумал, что это мелочи, хотя у него могут быть неприятности по возвращении.

Когда он преодолел горную местность, покрытую густой растительностью, то достиг бескрайних равнин. Тора стремительно рассекал воздух. Поэтому Рокута мог наблюдать обширные сельскохозяйственные угодья со спины своего суугу. Перед началом жатвы в преддверье сезона дождей фермерские хозяйства блистали золотистыми красками. Ветер создавал рябь на поверхности золотого моря. За плещущимися волнами можно было увидеть голубой океан. На границе между морем и облаками виднелись хребты гор Конго, которые возвышались подобно лёгкому пурпурному миражу вокруг Жёлтого моря.

Территория Эн со стороны внутренних границ частично омывалась Чёрным и Синим морями. Местом деления на Чёрное и Синее море являлась северо-восточная гавань, относившаяся к провинции Тей. Противоположный ей берег назывался окружной город Гон, являвшийся обособленной территорией провинции Сей, в которой находилась столица.

«Это море мне нравится больше», – сказал себе Рокута. Он в одиночку проплывал в небе и вдалеке мог различить оставленный им Ген’эй. Рокута посмотрел вверх. Глядя в ясное голубое небо, невозможно увидеть воды моря облаков. Если подняться выше, то изредка можно наблюдать его дно, подобное грани кристалла, но, как правило, море сложно различить. Однако, даже если оно не видно, море существует и отделяет облака от нижнего мира. Они чётко разделены.

– …Удалось ли Сёрью уйти?

Рассмеявшись, он вспомнил про суматоху, очевидно царящую в Ген’эй, и подумал, что у Сёрью всё должно было получиться, поскольку он его знал достаточно хорошо. Что ж, об этом он больше не переживал. Ведь теперь он летел по небу нижнего мира.

Тора пересёк поля и горы, пестрившие богатыми красками, и достиг моря. Впереди были горы Конго. За морем находилась песчаная отмель, которая восходила к подножию гор Конго и назвалась Гон. Здесь располагались одни из четырёх врат для входа в Жёлтое море – великие северо-восточные врата.

Рокута пересёк море, устремился вглубь суши и прибыл в Гон на заходе солнца. Хотя окружной город Гон являлся обособленной территорией провинции Сей, в которой проживал Рокута, очевидно, здесь никто не знал его в лицо. Он подошёл к вратам Цзинмон в юго-западной части города, спешился с суугу и спокойно потянул его за поводья.

Позади здания возле Цзинмон можно было увидеть возвышающиеся горы Конго. Хотя было ещё не время, ворота оказались уже закрыты. За пределами этих врат находились лишь великие северо-восточные врата Рейгон. Цзинмон открывались один раз в год в день зимнего солнцестояния, так же как и Рейгон. До зимнего солнцестояния было ещё далеко, поэтому в самом городе оказалось довольно спокойно.

– Ты родился за стенами этих врат… Ты помнишь об этом? – они остановились на площади перед воротами. Обратившись лицом к шее суугу, Тора рыкнул, словно говоря «да».
– Ты хочешь туда вернуться?

На вопрос Рокуты Тора лишь замурлыкал, словно желая сказать «я не знаю». Рокута и сам хотел отправиться на другую сторону. Прошло почти четыре года с тех пор, как сменили название эры, и в скором времени начнётся пятый. Да, он действительно понимал, что значит рисковать своей жизнью. Он тоже хотел уйти, но не мог. Это казалось ещё трудней, увидев, что некогда выжженные земли преобразились в великолепное золотое море.

Тайхо глубоко вздохнул. Ведя за собой суугу, он достиг здания возле врат и остановился неподалёку от высокой доски объявлений. Это место всё равно что связующее звено между Жёлтым морем и Эн. Сама доска выглядела так же, как и четыре года назад, когда была установлена. Её обнесли крышей и стеной подобно длинной, ветхой лачуге, чтобы защитить от ветра и дождя. Стражник безучастно стоял возле доски.

Рокута окинул её взглядом. Она называлась «указ о перевозке животных и птиц» или «указ о четырёх видах и семи разновидностях домашних животных», который гласил, что йома вводятся в число разрешённых к перевозке животных и птиц. Когда Сёрью издал этот указ, Итан, Сюко и Сейсю были поражены. И только Рокута знал о его истинном назначении.

Молодой привратник посмотрел в лицо Рокуты, поскольку тот не сводил с неё глаз.

– Как тебя зовут?

Рокута взглянул в лицо стражника:

– Меня? А что?
– А… ну, просто ты не выглядишь даже на пятнадцать.

Рокута кивнул. Тайхо знал, почему стражник спрашивает его имя. Обладая полномочиями губернатора провинции Сей, он сам приказал это делать.

– Ты кого-то ищешь? Разыскиваемого?

Стражник махнул рукой, словно говоря «нет», и Рокуте немного полегчало. Это старая история, когда пропавший человек становился разыскиваемым, не успев этого даже осознать.

– Здесь некоторые сановники разыскивают человека по имени Коя, ему около пятнадцати лет.
– Хмм…

Данное ему обещание было выполнено. Однако он не связывался с ним до сих пор. Они знали, что Коя всё ещё жив, поскольку его имя не исчезло из Сенсэки.
Привратник рассмеялся:

– Они что, в долгу перед ним?.. Они приказали отвести человека по имени Коя в городской замок со всем причитающимся уважением, когда он появится. Если же он откажется, нам приказали сообщить, что на горе Шо есть могила.

Рокута широко раскрыл глаза от удивления и внимательнее посмотрел на стражника. Тайхо ничего не упоминал про «если», хотя он отдал распоряжение сопроводить Коя в замок и доложить об этом.

– На горе Шо? Могила? Чья?

Привратник усомнился:

– Мне не сообщили подробностей. Здесь находятся императорские владения, называющиеся Хекишо, недалеко от границы провинции Ген. Хекишо расположен на Рёюнзан10, который представляет собой императорский парк и называется горой Шо.
– Императорский парк…
– Может они как-то связаны с правителем… Человек, похороненный в могиле, и Коя.






Глава 6

– …Построили ещё одно здание.

Человек, безучастно смотревший из окна, опёрся щекой на руку. За окном виднелся бульвар перед Хекишо, новым большим зданием, возведённым на противоположной стороне улицы. Согиоку посмотрела на это и рассмеялась:

– Число людей в Хекишо увеличилось. Это похоже на сон по сравнению с моим детством.

Согиоку измельчала чайный брикет. Это был знаменитый чай Хакутан из провинции Кей на западе Эн, который принёс мужчина прошлой ночью. Чай, очевидно, был очень дорогим, хотя он небрежно бросил его, сказав, что хочет попробовать. Его звали Фуукан. Она не знала, чем он занимается и откуда приехал. Но наверняка он не из здешних мест, поскольку бывал здесь примерно раз в полгода. Мужчина приехал вместе с восхитительным зверем и был щедр с деньгами, так что, очевидно, он был богат. Но когда женщина спросила, как он достал чай столь высокого качества, он ответил, что украл его.

– Чем больше людей, тем больше зданий. Люди просто неисправимы!

– Обычные люди так красноречиво не выражаются. Раз ты лежишь без дела, то измельчи его. Может, это и хороший чай, но он слишком твёрдый.

Мужчина согласно кивнул и получил от женщины брикет чая и нож. Он принялся измельчать брикет и складывать чаинки в столовые принадлежности у себя на коленях. Согиоку, рассмеявшись при виде его действий, выглянула в окно. Красная кровля, зелёные колонны и совершенно новые высотные здания разрастались.

– Верно. Население увеличилось… Когда я была ребёнком, эта местность пустовала. Но когда мы копали землю, то обнаружили сожжённые обломки и человеческие кости в императорских владениях. Ты можешь в это поверить?

Мужчина рассмеялся:

– Говорят, что Эн был погребён в руинах… Этого хватит?

Он передал чайные принадлежности Согиоку, и она слегка раскрыла рот от удивления:

– Кто же столько пьёт? Измельчённый чай потеряет свой вкус.
– Ты заставляешь меня работать, а потом отчитываешь?

После этих слов Согиоку посмотрела на него:

– Ты передо мной в долгу. Не забыл?

Он прибыл в город ближе к закрытию ворот, пригласил с десяток гейш и устроил большое застолье, кроме того, он всю ночь делал бессмысленные ставки и проиграл крупную сумму денег.

Накануне вечером он снял комнату, но Согиоку удалось её отыграть, а поскольку он был очень подавлен, то она одолжила ему свою.

– Если приготовишь этот чай, я прощу тебе все долги.

Услышав её, он принялся ворчать. Согиоку рассмеялась, наблюдая за тем, как он неумело готовит чай.

– Чем ты занимаешься в жизни?
– Ну…
– Ты чиновник?
– Разве я похож на чиновника?
– Нет. Но ты каждый раз взбираешься на гору Шо. Это твоя работа? В конце концов, это забытое, жуткое место, хоть и императорский парк.
– Это не работа. Просто занятная поездка.
– Не шути так! Здесь нет ничего примечательного.

Мужчина чуть слышно рассмеялся:

– Здесь есть могила.

Согиоку прищурилась:

– …Я слышала об этом. На горе Шо могила наместника провинции Ген. Давным-давно премьер-министр был выставлен на всеобщее обозрение, верно?
– На всеобщее обозрение?
– Да, я так слышала. Он был государственным изменником. Поэтому его тело выставили у всех на виду.
– Что за вздор, – рассмеялся мужчина. – Это лишь могила. Выставлять повстанца в месте, скрытом от людских глаз – просто неразумно.
– О… Ты прав. Но ведь это могила наместника Ген? Раз ты посещаешь её, значит, ты как-то с ним связан, Фуукан?
– Это вовсе не обязательно.
– Выходит, ты тоже злодей. Поскольку наместник Ген был действительно дурным человеком, ведь так?

Он рассмеялся.

– Мне всё равно, если ты ничего не скажешь, но Ацую, должно быть, оказался в непростой ситуации.
– Ацую… Наместник Ген? Впрочем, так ведь гласит история. Он убил настоящего губернатора Ген, присвоил себе провинцию и, в конце концов, организовал восстание.
– Да, об этом всем известно.

Держа в руке чашку чая, он повернулся к окну. Мужчина равнодушно посмотрел на дорогу.

– …Ацую был сыном губернатора Ген. Во времена правления Кёо он стал вторым человеком в провинции и помогал своему отцу. Его отец был самым настоящим трусом. При императоре Кёо происходили войны и стихийные бедствия. Отец Ацую оказался не в состоянии их преодолеть. Поэтому Ацую сверг отца и действовал от его имени. Он, можно сказать, устранил несчастья, ведь если подумать, его отец содействовал правителю Кёо и притеснял людей.
– Ты говоришь так, словно сам это видел… Но ведь преступление – есть преступление, верно?
– Да, ты права. Но есть ещё один человек, у которого был такой же трусливый отец. Невзгоды приближались. Его отец также не мог с ними справиться. Он это знал, но не допускал преступных действий по отношению к своему отцу, и поэтому весь его клан уничтожили.

Мужчина криво улыбнулся. Он и сам выглядел глупо.

– После убийства отца, Ацую устранил бедствия и спас людей. Другой человек не убил отца, поскольку боялся совершить преступление, и обрёк людей на погибель. Так кто же из них лучше?
– Полагаю, что не Ацую. В конце концов, он совершил большое предательство, будучи человеком, не страшащимся греха.
– Ты так думаешь?.. – мужчина посмотрел в свою чашку чая. – Я не много знаю Ацую… Полагаю, он решил, что достоин быть руководителем. Он устроил восстание не потому, что хотел трона. Правитель Кёо назначил его отца губернатором Ген, а сам он был его заместителем. Если бы на трон взошёл новый правитель, то он лишился бы своего положения, поэтому норовил стать главным.
– Я не знаю…
– Я тоже. Но я думаю, что Ацую хотел быть хорошим руководителем. Да, он желал прославиться и не имел противоречий. Должен ли я сказать, что он не колебался в своих желаниях? Отчего и не боялся стать преступником?
– Одним словом, он хотел, чтобы его восхваляли?

На вопрос Согиоку мужчина оглянулся:

– Он ошибался? Ацую хотел иметь доброе имя. Это не плохо. Ради хорошей репутации он покровительствовал людям. А когда обогащаются люди, то обогащается и правитель, если подданные восхваляют его как непревзойденного руководителя.
– Это верно, но…
– Иногда я мечтаю, чтобы он сохранил свою репутацию. В самом деле, Ацую должен был себя оградить до того, как приобрёл доброе имя. Если бы он отстаивал его до конца, то, возможно, стал самым подходящим человеком в лице императора.

Согиоку широко раскрыла глаза:

– Ты шутишь.
– Э?
– В то время на троне уже был правитель, поэтому его действия расценивались как измена! Он не осуществил свой первоначальный замысел, и поэтому я думаю, что он не обладал задатками, необходимыми для императора. Или Ацую чего-то недоставало. В противном случае, Тайхо выбрал бы его в качестве правителя.
– Ах, – рассмеялся мужчина, – я понимаю…






Глава 7

Гора Шо была заброшенной. Камни, облепленные засохшим мхом и лежавшие одни поверх других, были рыхлыми и скользкими. Маловероятно, что кто-то взберётся на эту гору, не имея летающего киджу.

– Если пойдёт дождь, я не смогу взобраться на неё даже с Тора, – пробормотал Рокута, осмотрев неустойчиво расположенные валуны. Дул ветер. При каждом его порыве доносился звук падающих камней. Если пойдёт сильный ливень, то, возможно, они не выстоят. В сезон дождей всякий раз возникали сомнения, что эта гора обрушится.

Он увидел черепицу на крыше небольшого храма, едва державшегося на возвышенности главной вершины горы Шо. Обычно в Рёюнзан находился туннель, чтобы пройти от подножия к храму, но он не смог найти в него вход, который, очевидно, был завален. Рокута упорно взбирался наверх, полагаясь на Тора.

Поднявшись к храму, избегая порывов ветра и падающих камней, он обнаружил его в весьма плачевном состоянии. Колонны храма перекосились, а с разрушенной крыши осыпалась черепица. Название «гора Шо» было незнакомо Рокуте, хотя он не знал обо всех императорских владениях. Не вызывало сомнений только лишь одно – это место заброшено. Оно ни для чего не предназначалось. Вероятно, на этой горе изначально было кладбище.

Сад, окружавший храм, был также запущен. Повсюду вразброс лежали упавшие камни. В сосновой роще показалась небольшая, всё ещё ровно стоящая беседка, поддерживаемая ветвями и верхушками сосен.

Рокута выбрался из седла, сказав Тора подождать его, и вошёл в сосновый лес. Тайхо негромко рассмеялся, увидев Тама, лежащего возле беседки.

– …Эй!

Он похлопал мурлыкающего суугу и заглянул вовнутрь. Там никого не оказалось, но он обнаружил человека, сидевшего на ступеньках у входа и держащего в руках небольшой кувшин с выпивкой.

– Пьёшь в одиночестве?

Когда Рокута окликнул Сёрью, тот повернулся. В ответ на это Тайхо беспечно поднял руку и сказал:

– Что случилось?
– Рокута, почему ты здесь?
– Почему? Это я у тебя должен спросить. Ты ведь отправил странное послание с привратником возле доски объявлений.

Он подошёл ближе к входу и сел рядом с Сёрью. Каменный тротуар перед беседкой исказился и потрескался. Скамейки и столы, вырезанные из камня, по-прежнему располагались во дворе, но густая осенняя трава проросла в стыках и трещинах тротуара, из-за чего создавалось впечатление, что он разрушен.

– Когда ты здесь пьёшь, это делает тебя счастливым?

Сёрью рассмеялся:

– По крайней мере, я не слышу ворчания Сюко и Итана.
– О, понимаю.

За каменным тротуаром возле сосны он увидел могильную насыпь. Они посадили катальпу на холме, но заменили её надгробным камнем у изголовья насыпи. Намокнув от воды, камень стал влажным.

– Это Ацую?
– Ага.
– Это случилось перед началом сезона дождей. Как сейчас… Ну, или немного позже.

Посмотрев на холм, Рокута ненадолго прогнал воспоминания. Подробности случившегося были уже забыты. Вероятно, с каждым сезоном дождей, когда разрушалась это гора, воспоминания утрачивались. Рано или поздно, даже если он попытается, то не сможет ничего вспомнить.

– Теперь понимаю. Ты сказал, что дал обещание, и я решил, что это что-то интересное. Ты не можешь взобраться на эту гору после начала сезона дождей, поэтому был вынужден сбежать из дворца, – Рокута чуть насмешливо взглянул на правителя, но тот не придал этому значения.
– Что ты имеешь в виду?

Рассмеявшись, Рокута снова взглянул на насыпь:

– Я не знал, что ты так расположен к Ацую и даже готов обустроить его могилу.
– Мы делаем что можем. Поскольку Ацую оставил после себя хороших чиновников.

Рокута кивнул. На самом деле, чиновники провинции Ген обладали большими амбициями и способностями. Никто не знал, являлись ли стремления Ацую верными или ошибочными, но чиновники, радевшие за него, не лгали. Впоследствии, когда императорский двор был переформирован, они проявили себя в полной мере.

– …Однако если я сделаю подобающее захоронение, то Ацую, наверное, перевернётся в гробу.
– И, зная это, ты пьёшь, сидя рядом с ним. Это, можно сказать, раздражает.
– Ну, ведь Ацую нужен кто-то, кому можно пожаловаться.
– Однажды он может явиться тебе как призрак.
– Уже, – беззаботно отозвался Сёрью, и Рокута сделал небольшой шаг назад.
– Ты шутишь…
– Кажется, в давние времена здесь было кладбище. Поэтому не только Ацую, но и другие умершие устремляются сюда толпами.
– Толпами…
– Старые и молодые. Те, кто сюда приходят, желают высказать мне несколько жалоб. Поэтому, – рассмеялся Сёрью, – тебе лучше уйти до заката.

На мгновенье Рокута задержал взгляд на его лице и кивнул:

– …Да. Я не люблю плач и жалобы.
– Тогда до скорого.
– До скорого, – подняв руки, Рокута поднялся и вышел из беседки. Похлопав Тама по голове, он возвратился к Тора. Хотя Тора озадаченно наблюдал за Рокутой, ему было всё равно. Он поднял поводья и похлопал суугу по шее:
– …Сёрью хочет побыть один, я всё понимаю. Оставь его одного.






Глава 8

– Вы их ещё не нашли?!

Сейсю надул щёки в ответ на недовольство Итана:

– Нет, а ты знаешь, куда они уехали?
– Они умчались на своих суугу. Мы также знаем, что они покинули Канкю и отправились на запад. Но, несмотря на это, невозможно определить, куда они держат путь! Почему?
– Это единственная зацепка, что у нас есть. Так чего ты хочешь от меня?
– Во-первых, почему ты немедленно не отправился вслед за ними?
– Они уехали на суугу. Мы всё равно бы их не догнали.
– Их суугу перевезли в конюшню Какана. Объясни мне, как эти двое смогли сбежать вместе с ними?
– Да уж, привратник Тенкан – настоящий болван.

Сюко получил поднос с чаем от слуги и поставил его между спорящими чиновниками:

– Хватит, вы двое совсем как дети. Какой толк от вашей перепалки?

Итан обратил весь свой пыл на Сюко:

– И почему ты так спокоен?

Сейсю кивнул в знак одобрения и посмотрел на Сюко, который устремил взор на возвышающуюся гору документов в своей комнате.

– Полностью согласен.
– А я нет... Мы ведь знали, к чему всё это приведёт, верно? Вряд ли они будут послушно себя вести, находясь в заточении. Если им скажут не уходить, то они непременно это сделают. Вы двое об этом не подумали?

Итан ударил рукой по столу:

– Верно. А если их отпустить, то они уйдут, как только им вздумается! Разве я мог запереть их на длительное время?!
– Так что, – рассмеялся Сюко, – по сути, мы никак не может с ними справиться.

Итан схватился руками за голову, Сейсю сжал себе виски, а Сюко рассмеялся.

– Я уверен, они понимают, что вернувшись, уже не смогут поздно вставать, если будут неуправляемы. Кроме того, они были терпеливы в течение двух месяцев, поэтому нам удалось решить много вопросов. Мы должны быть этим довольны.

Итан с укором взглянул на невозмутимый профиль Сюко.

– Проще говоря, ты сдался с самого начала?
– Нет, – Сюко выглядел опечаленным. – Я запретил его величеству и Тайхо действовать самостоятельно. Поэтому сам пошёл им навстречу.
– Ты…
– Я просто сказал им, что никто не может их запереть. Надеяться, что правитель и Сайхо станут послушными – значит впустую тратить время. Сейчас я доволен тем, что они осознали, в какой неприятной ситуации окажутся, если не будут ни с кем считаться. Нам нужно постоянно их обучать, но не слишком с этим усердствовать.

Сейсю тяжело вздохнул:

– Так же, как Тама и Тора?
– Это может быть неучтиво по отношению с суугу. Какова ступень развития домашних животных?

Итан глубоко вздохнул:

– Эй… Ты слишком оскорбляешь их.
– Разве я сказал что-то не так?
– Нет, – пробормотал Итан: «Они не только пропускают императорские совещания, но и скрываются в мгновение ока. Стоит от них отвернуться, как они отправляются в другие королевства и делают что-нибудь неприемлемое. Тем не менее, они появляются у внешнего дворца и отдают чиновникам немыслимые распоряжения. После этого чиновники всякий раз мечутся в замешательстве, поскольку для них это невероятный труд. Несомненно, они похожи на домашних животных с плохой дисциплиной».
– Рано или поздно они приедут. Ведь им больше некуда возвращаться.
– Ты уверен?

Сюко вопрошающе поднял глаза от документов, когда Итан сказал с призрением:

– А у тебя есть место, куда ты можешь вернуться, помимо Ген’эй?
– Ага, – рассмеялся Сюко, при виде прищурившегося Итана.
– Я завидую тебе. Я гораздо моложе, но у меня нет другого дома. А ты умён.
– Вовсе нет.

Сюко выглянул из окна, рассмеявшись при виде Итана, не сумевшего подобрать слов. Море облаков было так обширно, что он не смог разглядеть и небольшого острова.

– Этот дворец всё равно что корабль, затерявшийся далеко в океане, где нет берега, к которому можно причалить.

Сейсю пробормотал:

– Возможно, ты прав.
– Уже не осталось знакомых и того города, где я родился. Даже заведи я дом и новых друзей в нижнем мире, через несколько десятилетий их не осталось бы.

Пускай он мог отказаться от Сенсэки, правитель и кирин не могли сложить своих полномочий. Кроме того, они оба тайка.

– …Понимаю. В этом плавании у людей нет места для высадки.
– Я думаю, что эта система хорошо устроена. У нас нет другого дома, и нам ничего не остаётся, кроме плавания на этом корабле.
– А также нет суши, на которую можно сойти.

Когда Итан скрестил руки на груди, Сюко вновь обратил свой взгляд к документам.

– Нет смысла куда-то стремиться, поскольку нет места, в которое нам нужно попасть. Мы просто движемся вперёд, сегодня как вчера, а завтра как сегодня.
– Несомненно…
– Что ж, нам только это и остается, пока корабль не затонет.
– И когда наступит конец? Когда их корабль пойдет ко дну? Кажется, это скоро случится, – сказал Итан, и Сейсю многозначительно кивнул.
– Но стоит отметить, что он всё ещё на плаву. Мне кажется, все чиновники то тут, то там затыкают дыры, чтобы не текла вода.
– Определённо, – криво усмехнулся Итан.
– Но иногда такой корабль может плыть вечно.
– Неужели?..
– Я так не думаю.
– Я не знаю.

Они посмотрели на море облаков, оставшись каждый при своём мнении, но там не оказалось ни одного намёка на остров или птицу. Море облаков было окрашено богатой палитрой цветов, поскольку в нём отражались все цвета нижнего мира, а его неустанные волны омывали берега…






Комментарии

1 Тайсай – министр двора
2 Чосай – глава 6-ти министерств
3 Рикукан – правительство
4 Сенсэки – регистр бессмертных
5 Дайшиба – министр обороны
6 Санко – трое советников: Тайши, Тайфу и Тайхо
7 Тама – суугу, на котором ездил Сёрью
8 Тора – суугу, на котором ездил Рокута
9 Тоукан – министерство зимы
10 Рёюнзан – необычайные горы в мире двенадцати королевств. Они достаточно высоки, чтобы достигать небес, и на каждой их них расположен замок или дворец.